НовостиФорумПишите намФотогалереяПоискАрхив

С Новым годом, 2017-м!

С Новым годом, 2017-м! Семнадцатый год в России – говорящая цифра. Её знает каждый житель нашей страны. Поэтому поздравления с наступающим семнадцатым годом звучат несколько двусмысленно. Подробнее »

 
НОВЫЙ КУРС САРКОЗИ
Президент Франции ориентируется на Вашингтон
Во второй половине 2008 года Франция будет в течение шести месяцев исполнять обязанности председательствующего в ЕС. Учитывая, что, как правило, страна-председатель определяет главные приоритеты европейской политики в период исполнения ею «руководящих» обязанностей, небезынтересно более пристально разобраться в линии Николя Саркози в отношении ЕС.
В начале правления нынешнего президента казалось, что Париж, несмотря на смену хозяина Елисейского дворца, продолжает действовать на европейском направлении традиционно, концентрируя свои главные приоритеты в большей степени на решении внутренних проблем Евросоюза. Знаковым являлось обещание Николя Саркози, что базовый договор ЕС будет ратифицирован государствами - членами Сообщества не на референдумах, а на заседаниях парламентов каждой из 27 стран-членов Сообщества. Причем, по мнению Франции, сделано это должно быть до европейских выборов в Европарламент 2009 года. То есть, судя по действиям Саркози, Париж явно продолжал традиционный курс на укрепление ЕС и европейской идентичности.
Но вот после того, как Николя Саркози побывал с визитом в США, многие аналитики заявили о наступлении «эры особо тесных отношений» между Парижем и Вашингтоном и о том, что Саркози удачно сменил Блэра на посту самого близкого европейского партнера США в Европе. А это уже другая концепция. В этой связи стало очевидным: Николя Саркози начал отходить от курса европейской политики своего предшественника Жака Ширака. Последствия чего могут быть далеко не однозначны.
Что же такое «курс Ширака»? Речь идет в первую очередь об озвученных им незадолго до своего ухода с поста президента перед европейскими парламентариями тезисах, которые предполагали необходимость претворения в жизнь главных принципов преамбулы Маастрихтского Протокола 1972 года, а именно, поэтапное создание Европейской Федерации. По мысли Ширака, Соединенные Штаты Европы должны были бы иметь «твердое ядро» в лице Франции и Германии, единую валюту, Конституцию и общеевропейскую армию. Правда, канцлер Германии Ангела Меркель, поддерживая идею Ширака по созданию постоянной европейской армии, отвергала идею образования «Соединенных Штатов Европы» как федеративного государства. Берлин предпочитал идти к обозначенной цели шаг за шагом, создавая такие политические механизмы, которые не вызывали бы раздражение США.
Но и Жак Ширак, и Ангела Меркель были едины в понимании того, что США выстраивают свою европейскую политику прежде всего с опорой на «новых» членов ЕС. Одновременно Вашингтон стал все больше и больше превращать НАТО в организацию, стремящуюся подменять или ограничивать роль ООН и Совета Безопасности в решении ряда конфликтов. Параллельно был запущен процесс глобализизации НАТО путем расширения альянса на Восток с планами включить в него такие страны, как Украина, Грузия, Япония, Австралия и т.д. Когда же Вашингтон, минуя консультации с другими государствами- членами НАТО, принял решение разместить в Чехии и в Польше свои элементы ПРО, стало очевидно: Брюсселю становится все труднее идентифицировать себя в военно-политической доктрине США.
Европа остро почувствовала свою военно-политическую уязвимость. Отмечая 50-летие Евросоюза, Меркель решила заявить, что отныне создание единой европейской армии должно быть одним из основных приоритетов союза в следующие 50 лет. По мнению аналитиков, руководство ФРГ стало вести курс на создание с опорой на Францию отдельной оборонительной системы для Европейского союза, которая была бы параллельной НАТО, но не конкурирующей с этим военным блоком.
Хотя, конечно, опрометчиво было бы сказать, что Берлин «жжет мосты» с Вашингтоном. Вслед за Николя Саркози в США побывала и Ангела Меркель. В речи, произнесенной по случаю шестидесятилетней годовщины «Плана Маршалла», Меркель опять подчеркнула, что Североатлантический альянс должен остаться «якорем трансатлантической политики безопасности» и после того, как будут созданы и окрепнут чисто европейские структуры. Тем самым Меркель продемонстрировала искусство усидеть одновременно на двух стульях, хотя все понимают, что появление в Европе еще одной оборонительной структуры поставит под вопрос роль НАТО.
В какой-то момент международным экспертам показалось, что Саркози готов подыграть Берлину. Так, заявление президента Франции, сделанное в первых числах ноября в Страсбурге на заседании Европарламента, многими было расценено именно в этом ключе. «Как Европа может быть независимой, как Европа может оказывать политическое влияние в мире, быть фактором мира и равновесия, если она самостоятельно не может обеспечить собственную оборону? - говорил Николя Саркози - Какое значение имеют наши европейские обязательства, если каждый из нас не может приложить усилие для собственной обороны и для безопасности всех?».
Острые на язык французские аналитики квалифицировали речь своего лидера в Страсбурге как попытку «устроить на работу в американский ресторан шеф-повара француза, который составляет меню и готовит блюда только из своих продуктов». Подобные суждения исходят из того, что Николя Саркози одновременно заявил и о желании вернуть Францию в военные структуры НАТО. Чтобы осознать значимость этого факта, достаточно вспомнить, что еще с 1966 года, с момента отказа Франции от участия в военных структурах Североатлантического альянса, Германия всегда выступала в роли главной «разводящей» между Парижем и Вашингтоном, с одной стороны, с другой – между Европой и НАТО, одновременно ведя вместе с Францией Европу от Экономического сообщества к ЕС. Поэтому нынешнее стремление Франции перехватить инициативы по созданию европейской оборонной структуры, которую Саркози вряд ли будет выводить из-под влияния США, означает, что Париж перестает нуждаться в посредничестве Берлина в диалоге с Вашингтоном и начинает в Европе, да и не только там, самостоятельную игру. Это подтверждают и слова бывшего министра обороны Польши Януша Онышкевича, считающего, что Париж стал отходить от модели французско-германского тандема в Европе.
Если Саркози удастся сделать свою линию в отношении ЕС стабильной, то, видимо, Париж и Берлин в выстраивании своей военной политики в Европе будут действовать по разным сценариям. Таким образом, сделав ставку на Саркози, Вашингтон не только внес определенные противоречия в тандем Берлин - Париж, но и фактически осложнил решение проблемы создания в Европе единой оборонительной системы. А раз так, то возможность снятия «американского зонтика» над континентом опять отошла на дальнюю перспективу.

Александр ВЯТСКИЙ
05.12.2007


 

Вернуться назад Версия для печати
 
 
 
В случае опубликования материалов ссылка на "Baku.Rosvesty.ru" обязательна.
Федеральный еженедельник «Российские Вести»
Все права защищены 2006 ©