НовостиФорумПишите намФотогалереяПоискАрхив

С Новым годом, 2017-м!

С Новым годом, 2017-м! Семнадцатый год в России – говорящая цифра. Её знает каждый житель нашей страны. Поэтому поздравления с наступающим семнадцатым годом звучат несколько двусмысленно. Подробнее »

 
КАИР – ТЕГЕРАН. ЧТО ДАЛЬШЕ?
Израиль теряет Египет в качестве союзника
Как известно, Каир и Тегеран разорвали дипломатические отношения после того, когда в 1979 году хомейнисты свергли в Иране шаха, а египетский президент Садат пошел на подписание в Кемп-Дэвиде мирного договора с Израилем.
Затем Египет оказывал поддержку Саддаму Хусейну в ирано-иракской войне, что еще более обострило противоречия между двумя мусульманскими странами. Тегерану также было не по душе то, что Египет - первая арабская страна, которая поддерживает на протяжении уже долгого времени дипломатические отношения с Израилем. Тем более, что Каиру удалось таким образом встроить себя в систему сложнейших ближневосточных отношений, что вне зависимости от того, кто был у власти в Израиле, Каир сохранил с Тель-Авивом не только прочные официальные контакты, но и одновременно вел свою партию на палестино-израильском политическом треке.
Плюс к этому США часто делали ставку на Египет при попытках ввести хоть какой-то баланс в свой диалог с Израилем. Одним словом, Египет стал чутким барометром, который мгновенно реагировал на любые изменения в соотношении сил на Ближнем Востоке. Но после оккупации в 2003 году войсками США и их союзников Ирака в Каире быстро почувствовали «воздух перемен»: возрастающую геополитическую роль Ирана в регионе. И не потому, что Тегеран одерживал заметные победы на фронте внешней политики. А потому, что этому способствовали неудачные действия США и их союзников в Ираке, неожиданное для многих поражение израильской армии в ливанской войне на фоне новых осложнений в деле урегулирования палестино-израильских отношений. Именно это обстоятельство, а не так называемая «медийная кампания Ирана в арабском мире», как считает бывший представитель США в ОО Джон Болтон, привели к ирано-египетскому сближению.
Еще 4 июня 2007 года министр иностранных дел Египта Ахмед Абуль Гейт направил своему иранскому коллеге Манучехру Моттаки письмо, в котором говорил о согласии начать переговоры для возобновления дипломатических отношений. В декабре прошлого года Али Лариджани, в то время глава иранской делегации на переговорах по ядерной программе, встретился в Каире с представителями команды президента Мубарака, чтобы предложить содействие в реализации уже заявленной Египтом своей атомной программы.
К тому же Тегерану стали известны появившиеся сложности в американо-египетских отношениях. По версии итальянской газеты La Stampa, в ходе недавнего ближневосточного турне президента США Джорджа Буша Каир запросил у США кредит в размере 2 миллиардов долларов, из которых около половины предназначались для военных расходов. Взамен Белый дом потребовал гарантий по проведению демократических реформ и исполнения «ультиматума» министра иностранных дел Израиля Ципи Ливни по противодействию контрабанды оружия с Синая в Газу. По большому счету, как предполагают аналитики, Израиль через США таким образом пытался лишить Каир «статусности» посредника в израильско-палестинском конфликте. Точнее, Тель-Авив был недоволен тем, что именно президенту Мубараку последовало предложение из Рафаха от бывшего палестинского премьер-министра Исмаила Хании провести трехстороннюю встречу с участием лидера ХАМАС и главы Палестинской автономии Аббаса. По мнению израильской стороны, это означало бы признание ХАМАС в качестве полноправного участника внутрипалестинского диалога, а также в палестино-израильском урегулировании.
Но кульминация процесса состоялась тогда, когда президент Мубарак открыл границы Египта для терпящих гуманитарную катастрофу жителей Газы. Тель-Авив квалифицировал эту акцию как «второй этап» операции, относя к первому возможность, предоставленную Саудовской Аравии для посещения иранскими паломниками исламской святыни Мекки. То есть количественное накопление политического материала в отношениях между Каиром и Тегераном дало ожидаемое качество.
Но процесс реального сближения двух мусульманских стран стал реальностью тогда, когда 30 января состоялась встреча президента Египта Хосни Мубарака с председателем Меджлиса Ирана Голямали Хаддадом, прибывшим в Каир для участия в работе в 5-й конференции Парламентского союза Организации Исламская Конференция. После этой встречи было заявлено о желании сторон восстановить в полном объеме дипотношения.
Существует еще одна версия событий. Дело в том, что, как считают аналитики, нежелание египетских властей открыть границы с сектором Газа, запертых Израилем с июня прошлого года после взятия под контроль этой территории ХАМАС, стало в самом Египте выводить из подполья движение «Братьев-мусульман». Оно вновь выступило с открытыми обвинениями в адрес Мубарака в том, что он служит интересам Израиля и США, закрывая глаза как на драму палестинцев, так и на весь ход событий на Ближнем Востоке. Если такая версия правдива, то в инициативе Каира по восстановлению дипломатических отношений с Тегераном существует внутриполитический расчет.
Но как бы то ни было, вывод Ирана из изоляции на Ближнем Востоке заметно меняет расклад сил в этом регионе мира. С другой стороны, это может быть и признаком того, что сам Каир решил начать свою игру на Ближнем Востоке, конвертируя накопленный политический капитал в новый геополитический статус.

Виктор КОЛЫВАНСКИЙ
06.02.2008


 

Вернуться назад Версия для печати
 
 
 
В случае опубликования материалов ссылка на "Baku.Rosvesty.ru" обязательна.
Федеральный еженедельник «Российские Вести»
Все права защищены 2006 ©