НовостиФорумПишите намФотогалереяПоискАрхив

С Новым годом, 2017-м!

С Новым годом, 2017-м! Семнадцатый год в России – говорящая цифра. Её знает каждый житель нашей страны. Поэтому поздравления с наступающим семнадцатым годом звучат несколько двусмысленно. Подробнее »

 
ХАМИД КАРЗАЙ: ПРЕЗИДЕНТ РАЗОБЩЕННОЙ СТРАНЫ
политпортрет
11 сентября 2001 года в Нью-Йорке и Вашингтоне группе международных террористов-смертников удалось совершить дерзкие террористические акты. Сессия Генеральной Ассамблеи ООН осудила кровавую провокацию террориста номер один Усамы бен Лаена и движение «Талибан», захвативших власть в Афганистане. Мировое сообщество выступило единым фронтом против международного терроризма. В декабре 2001 года в Афганистане власть талибов была свергнута. Новое правительство страны во главе с Хамидом Карзаем обещало приложить все силы, чтобы превратить Афганистан в демократическое, мирное, единое, цивилизованное государство.

Восхождение на политический Олимп

С этого момента о Хамиде Карзае стали много писать и говорить во всем мире. Он пуштун из рода дуррани, считается одним из потомков Ахмада шаха Дуррани, персидского военачальника XVIII века, который покорил Кандагар и в 1747 году стал первым королем Афганистана. Такое происхождение, естественно, придает на Востоке образу Карзая некоторую харизму.
Во время нахождения советских войск в Афганистане Карзай поддерживал моджахедов. Некоторое время жил в США, где с помощью своих многочисленных родственников, владеющих сетью ресторанов в Чикаго, Сан-Франциско, Бостоне и Балтиморе, наладил необходимые связи в политических кругах Вашингтона. Не случайно, вернувшись в Пакистан, быстро занял заметное место среди афганской политэмиграции. Однако в 1999 году в Кветте неизвестными был убит его отец. Подозрение пало на талибов. После этого Карзай отказался от попыток найти общий язык с «Талибаном» и написал о нем разоблачительную книгу.
Хамид Карзай еще в середине 80-х годов сблизился с одним из идеологов моджахедов профессором Себгатуллой Моджадедди, который ратовал за восстановление в Афганистане монархии и возвращение в Кабул находившего в эмиграции в Италии короля Захир Шаха.
В 1989 году моджахеды провозгласили Моджадедди президентом Афганистана в изгнании. После вступления в мае 1992 года в Кабул они сразу подтвердили полномочия Моджадедди в качестве лидера Афганистана, сменившего на высоком посту Наджибуллу. Но вскоре Моджадедди «отодвинули» от власти другие известные лидеры военизированных группировок – Гульбеддин Хекматияр и Бурхануддин Раббани. В первом моджахедском правительстве Карзай занял неприметный пост - заместителя главы МИД. Но это была чрезвычайно важная «зацепка», поскольку МИД возглавлял пуштун Хедайят Амин Арсалла , до этого 20 лет проработавший во Всемирном банке . Через него Хамид Карзай попал в ближайшее окружение короля Закир-шаха.
7 октября 2001 года американцы начали в Афганистане операцию «Несокрушимая свобода». А в декабре того же года Хамид Карзай уже занял пост главы временной администрации страны.
Это был непростой период в деятельности новоявленного лидера Афганистана. Дело было в том, что американцам непременно нужен был во главе этой страны пуштун, ориентированный на дружбу с Пакистаном и лояльный США. К тому же за плечами Хамида Карзая был только опыт публичной и закулисной политики. Завоевать необходимый авторитет тогда, когда нет «героического» шлейфа борьбы с оружием в руках, оказалось делом непростым. Поэтому многие влиятельные афганские лидеры изначально отказались подчиняться администрации Карзая. Среди них узбекский вождь генерал Абдул Рашид Достум, губернатор Герата таджик Исмаил Хан, лидер хазарейской общины Карим Халили. И хотя этих лидеров удалось тогда сблизить с Кабулом, обменивая их лояльность к новому режиму на должности в правительстве, аналитики понимали, что новых конфликтов исключать нельзя. Первые всеобщие выборы президента в Афганистане, прошедшие 9 октября 2004 года, должны были стать важной вехой афганской истории. Но в итоге они обернулись скандалом. Правда, эксперты ОБСЕ и других организаций с поправкой на «местные условия» признали результаты голосования. Проблема оказалась именно в том, что оппозиционные силы, сумевшие довести нарушения во время выборов до «вселенского скандала», получили возможность время от времени ставить под сомнение легитимность нового афганского руководства.

В «заложниках» у ситуации

Фактом является то, что с момента апрельской революции 1978 года и по сегодняшний день Афганистан по-прежнему является основным источником нестабильности в регионе. Ситуация в этой стране и вокруг нее продолжает оставаться сложной и запутанной настолько, что никто не может дать однозначную оценку тому, когда и на каких условиях там закончится война. Еще один парадокс: проблемы, с которыми ныне сталкивается администрация Хамида Карзая, почти один к одному напоминают те, с которыми сталкивался президент Наджибулла в последний период пребывания в стране советских войск. И тогда, и сейчас в афганской повестке дня по-прежнему стоит проблема осуществления чуть ли не радикальных перемен в афганской стратегии и тактике действия так называемых «внешних сил», на этот раз в лице Запада, которые во многом предопределяют сегодня развитие событий. И Хамид Карзай, вопреки первоначальным замыслам, точно так же, как и Наджибулла, оказывается в роли «заложника» ситуации. Вопрос - уходить или не уходить из Афганистана, если уходить - то как, который некогда стоял перед советским руководством, теперь стал актуальным и для Североатлантического альянса. Более того, Вашингтон и Брюссель до сих пор не определили главные приоритеты в своей политике в этой стране. Что в Афганистане первично? Военная победа над талибами или строительство новой афганской государственности? И возможно ли совместить эти две задачи?
Руководство НАТО уже объявило об увеличении численности Международных сил содействия безопасности в Афганистане (ISAF). Похоже, что тенденция к наращиванию натовского контингента будет продолжаться. Однако аналитики затрудняются ответить и на другой вопрос: «Как долго НАТО будет демонстрировать готовность нести жертвы на афганских полях сражений?» Как быть с тем реальным фактором, что страна и при правлении Хамида Карзая представляет собой фактическую конфедерацию племен? Ведь суть ситуации сегодня заключается в том, что, несмотря на активную вовлеченность НАТО в дела Афганистана, эффективность правления нынешней кабульской администрации по сравнению с периодом пребывания там советских вооруженных сил изменилась только в худшую сторону. Более того, практика показала, что НАТО не способна одновременно воевать и вести процессы модернизации Афганистана. Именно на этом стыке сегодня завязаны главные «узлы» так называемого афганского умиротворения.
После десятилетий непрерывных войн в Афганистане как никогда обострена проблема межэтнического противостояния. Поэтому не случайно многие американские аналитики предлагают Белому дому отказаться от выбранного курса ориентации только на клан Хамида Карзая. «Власть центрального афганского правительства слабеет. В таких условиях полевые командиры, не обязательно принадлежащие к лагерю талибов, превращаются в вождей, которые полностью размывают полномочия Кабула», - писал недавно, например, немецкий журнал «Шпигель». Если такой диагноз считать правильным, следовало бы отметить: большинство из новоявленных местных вождей не демонстрируют желания вырастать до политических фигур общенационального уровня, мыслят локально, не проецируют идеи, направленные на консолидацию различных групп афганского общества. Происходит это одновременно с тем, что попытки Кабула утвердить в Афганистане светские основы государства, наталкиваются на такое ожесточенное сопротивление, что Хамид Карзай вынужден своими указами вводить определенные нормы шариатского стиля жизни. Добавим к этому и традиционную неурегулированность «пуштунского вопроса», без чего невозможно справиться с проблемой «Талибана».
В целом же военные эксперты считают, что ситуация в стране с точки зрения сохранения стабильности и предотвращения риска новых военных столкновений остается крайне сложной. Это связано, прежде всего, с сохранением системы и инфраструктуры военизированных формирований, не подчиняющихся центральному правительству и вступающих в противоборство друг с другом. Дело уже доходит до того, что натовские воинские контингенты могут быть втянуты во внутриафганскую междоусобицу, вызванную разной политической ориентацией вождей племен.
В итоге правительство Карзая реально контролирует только Кабул и несколько крупных городов, что также напоминает ситуацию начала 1990-х годов. Поэтому комплекс копившихся веками исторических проблем, независимо от того, кто находится в Афганистане - советские войска или войска НАТО - лишает возможности консолидировать Афганистан «сверху», из Кабула, и выстраивать вертикаль власти с проекцией «вниз». Вот почему американские аналитики начинают ставить под сомнение возможность в будущем сохранения афганского государства в традиционном представлении. Они предупреждают, что Североатлантический альянс должен быть готовым к развитию ситуации в Афганистане по югославскому сценарию (распад страны на отдельные национальные образования). Но опасность заключается в том, что если подобный сценарий в силу разных причин начнется претворяться в жизнь, то он неизбежно затронет соседний Пакистан и государства Средней Азии.
Объективности ради отметим, что позиции Хамида Карзая как руководителя страны, в условиях присутствия натовского военного контингента, пока выглядят достаточно прочно. Ему удалось заручиться поддержкой как США и западных союзников, так и ряда исламских стран. Но как долго такое будет продолжаться – не знает никто.

Сергей ВЛАДИМИРОВ
23.04.2008


 

Вернуться назад Версия для печати
 
 
 
В случае опубликования материалов ссылка на "Baku.Rosvesty.ru" обязательна.
Федеральный еженедельник «Российские Вести»
Все права защищены 2006 ©