НовостиФорумПишите намФотогалереяПоискАрхив

С Новым годом, 2017-м!

С Новым годом, 2017-м! Семнадцатый год в России – говорящая цифра. Её знает каждый житель нашей страны. Поэтому поздравления с наступающим семнадцатым годом звучат несколько двусмысленно. Подробнее »

 
КАК ТРОЦКИЙ В АФГАНИСТАН ХОДИЛ
малоизвестные страницы внешней политики первых лет советской власти
Сейчас редкая газета в мире обходится без упоминания Афганистана. Это государство, как и раньше, на заре становления своей независимости, вновь оказывается в эпицентре мировой политики. Но парадокс именно в том, что Афганистан как был, так и остается перегруженной «историческими тайнами» страной.

Загадочное убийство
6 июля 1919 года в центральном партийном печатном органе большевиков, газете «Правда» с заметной временной задержкой было напечатано сообщение об установлении дипломатических отношений между Советской Россией и Афганистаном. В небольшой газетной заметке рассказывалось, что еще 27 мая того же года в Москву были доставлены два письма: одно от нового афганского эмира Амануллы-хана и другое от афганского министра иностранных дел Махмуда-хана-Тарджи (написание фамилии приводится по оригиналу документа - Авт.) Оба письма были датированы 7 апреля 1919 года. В письме Амануллы–хана, адресованном на имя «Президента В.И.Ленина», сообщалось об убийстве от рук «неизвестного злодея во время объезда государства» эмира Хабибуллы-хана.
Произошло это в ночь с 20 на 21 февраля 1919 года, на юге Афганистана вблизи Джелалабада. Обстоятельства этого убийства до сих пор остаются загадочными. Дело было в том, что в годы Первой мировой войны Хабибулла-хан поддерживал англичан в их борьбе с пуштунскими и таджикскими племенами, которых подбивали на выступления против центральной власти немцы и их союзники турки. Более того, Берлин и Стамбул активно выводили на политическую сцену Афганистана так называемых «младоафганцев», финансировали работу членов Индийского эмигрантского революционного комитета, который в декабре 1915 года провозгласил создание Временного эмигрантского правительства Индии. Задача союзников по военно-политической коалиции заключалась в стремлении развязать в Индии гражданскую войну, а Афганистан втянуть в боевые действия против Англии и, возможно, даже против России - в Туркестане.
В самых общих чертах к февралю 1919 года в окружении афганского эмира Хабибуллы-хана сложилось следующее соотношение сил: часть знати имела устойчивые германско-турецкие настроения («младоафганцы), лидером которых был Аманулла-хан. Другая часть сановников и придворных - «староафганцы» - придерживались традиционной проанглийской ориентации. Последнюю группировку возглавлял брат эмира Насрулла-хан, считавшийся главным претендентом на престол в случае вполне вероятного в то время переворота.
Англии стоило немало усилий поддерживать своего ставленника эмира Хабибуллу-хана: прилагались серьезные военные, финансовые и политические усилия, чтобы удержать ситуацию под контролем. К примеру, до войны афганский эмир получал от англичан ежегодную субсидию в 1900 тыс. рупий. С началом войны эти субсидии достигли 2400 тыс. рупий, что составляло значительную часть бюджета Афганистана. Кроме того, англичане обещали выплатить афганцам по окончании войны при соблюдении ими нейтралитета еще 5 млн. рупий.
Но были еще и племена, с которыми необходимо было договариваться и оплачивать их лояльность. Тем более, что по существующим документам можно предполагать, что немецкая разведка в начале 1918 года готовила в Афганистане антианглийское восстание племен. Любопытно, что статья 7 Брестского договора, подписанного между Советской Россией и Германией 3 марта 1918 года, гласила: «Персия и Афганистан являются свободными и независимыми государствами».
В этой связи в июле 1918 года Москва предложила учредить в Афганистане свое дипломатическое представительство. Однако эмир не мог в тех сложившихся обстоятельствах принять такое предложение. В конце 1918 года с советской стороны была предпринята вторая аналогичная попытка. И вновь неудачно. Тогда в атаку бросили немецкую разведку. Летом 1918 года против Хабибуллы-хана было совершено первое неудачное покушение.
Во второй раз все получилось. В ночь с 20 на 21 февраля 1919 года Хабибулла-хан был застрелен в своем шатре неподалеку от Джелалабада, на юге Афганистана.
Власть в стране сразу попытался захватить руководитель группировки «староафганцев» Насрулла-хан, который провозгласил себя эмиром. Однако находившийся в Кабуле в качестве наместника Аманулла-хан отказался признать права лидера «староафганцев» на эмирский престол, обвинил его виновным в убийстве Хабибуллы-хана и принял на себя функции эмира. Его поддержали многие части кабульского военного гарнизона.
А в Джелалабаде возникли даже солдатские советы, которые захватили сторонников Насруллы-хана, пытавшихся оказать сопротивление «младоафганцам».
В конечном счете, победа досталась Аманулле-хану. Насрулла-хан был повешен. 27 февраля 1919 года новый афганский эмир в обращении к населению заявил: «Афганистан должен быть свободным и независимым; он должен пользоваться всеми правами, которыми обладают другие самостоятельные государства...». То есть были фактически повторены положения, определенные в советско-германском Брестском мирном договоре. Но при этом, как пишет известный современный историк Нафтула Халфин, первое «международное» послание Амануллы–хана от 3 марта 1919 года было направлено все же вице-королю Индии лорду Челмсфорду. Афганский эмир сообщал о происшедших в Афганистане событиях, уведомлял, что «независимое и свободное правительство Афганистана» готово заключить с Англией «такие соглашения, какие могут быть полезными и выгодными для обеих сторон».
В этом документе содержались определенные «хитрости». Аманулла–хан говорил о «свободном правительстве», но не о независимости страны. В ситуации, когда вице-король Индии лорд Челмсфорд был хорошо информирован о борьбе группировок в окружении убитого эмира Насруллы-хана, племенных кланов с разной внешнеполитической ориентацией, послание Амануллы-хана можно было трактовать как угодно. В то же время Лондон не без оснований подозревал Амануллу-хана в сотрудничестве с немецкой разведкой. Поэтому, когда до британских властей в Индии дошло недатированное воззвание Амануллы-хана к народам Афганистана, в котором провозглашалось стремление Афганистана к полной независимости, в Лондоне решили действовать. К тому же по разведканалам из Кабула и Москвы Англия получила достоверные сведения, что Аманулла-хан 7 апреля 1919 года вступил в переписку с советским правительством.
15 апреля вице-король Индии Челмсфорд направил в Кабул ответное послание. Оно содержало напоминание о «тесной дружбе», какая существовала между британским правительством и Хабибуллой-ханом, и заверения в «готовности укреплять дружественные отношения между обоими правительствами».

Начало большой игры
В послании Амануллы-хана В.И. Ленину от 7 апреля1919 года содержалось предложение об установлении между Афганистаном и Советской Россией «союза и дружбы». «Хотя Афганистан, — гласило послание, — по духу и природе своей со времени своего возникновения и основания всегда был сторонником свободы и равноправия народов, но до сих пор вследствие того, что не имел ни сношений, ни связи с другими государствами и народами, он оставался в стороне. Так как Вы с другими товарищами, друзьями человечества, заботитесь о всемирном мире и благе и провозгласили принцип свободы и равноправия народов всего мира, посему ныне, впервые, во имя жаждущего прогресса афганского народа, я счастлив, что шлю Вам это дружеское послание Независимого Свободного Афганистана».
13 апреля 1919 года в Кабуле был созван торжественный дурбар (собрание). На нем присутствовали не только делегаты всех областей Афганистана, но и представители восточноафганских (пуштунских, или патанских) племен Северо-Западной Индии. Дурбар одобрил заявление эмира Амануллы о провозглашении полного суверенитета и независимости Афганистана.
3 мая 1919 года англичане начали новую войну против Афганистана. О ее масштабности свидетельствует география военных действий. Они проходили на нескольких фронтах: Северном, или Хайберском, Центральном (Вазиристан, долины Курама и Точи), Южном (Белуджистан, район Чамана) и в районе Зхоба (между Центральным и Южным фронтами). Британское правительство предприняло также переброску на северо-запад Индии кадровых войск, участвовавших в сражениях в Месопотамии.
Москва получила сообщение о начале афгано-английской войны только в первых числах июня 1919 года. Поэтому когда В.И. Ленин 27 мая 1919 года писал ответное послание новому афганскому эмиру, он располагал мизерной достоверной информацией о том, что происходит в этом регионе мира.
В письме В.И. Ленина содержалось поздравление Аманулле-хану в связи с «вступлением на престол 21 февраля 1919 года». Далее говорилось: «Приветствуя намерения вашего Величества завязать близкие сношения с русским народом, мы просим Вас назначить официального представителя в Москву и со своей стороны готовы послать в Кабул представителя рабоче-крестьянского правительства, о немедленном пропуске которого просим ваше Величество сделать распоряжение всем властям».
Речь шла о миссии, которую было поручено возглавить одному из лучших знатоков этого региона того времени бывшему царскому дипломату в Персии Н.З. Бравину. Инструкции ему были выданы наркомом по иностранным делам Г. Чичериным. Но, как считает историк С.Б. Панин, миссию Бравина под разными предлогами задерживали в пути, и в Кабул она попала только в сентябре 1919 года, уже после подписания в Равалпинди англо-афганского мирного соглашения.
В то же время как другая советская дипломатическая миссия, возглавляемая Яковом Сурицем, легко проехала в Кабул в начале июля 1919 года. В чем же дело и почему в Кремле направили в Афганистан две дипломатические миссии практически с одинаковыми полномочиями? У историков на этот вопрос нет пока убедительного ответа. Существуют только версии.

Троцкий рвется на Восток
Лето 1919 года для Советской власти – один из тяжелейших периодов. Новые национальные государства на территории бывшей Российской империи с помощью Запада смогли окрепнуть. Первая фаза «советизации» там закончилась победой националистической контрреволюции. Красная армия отступала. «Зона влияния и контроля» Советской республики сужалась, территориально перемещаясь на несколько сот километров на восток. В Кремле, тщательно анализируя ситуацию, приходили к выводу, что существует реальный риск не только потери центральных губерний, но и вообще ликвидации Советской России.
В этой связи было даже принято решение начать перевоз национального золотого запаса в Туркестан. Большевики стали быстро налаживать контакты, переправлять золото и даже оружие Мустафе Кемалю в Турцию, установили связи с революционными элементами в Иране, Сирии и даже в Египте. В этом сложном геополитическом контексте афганский эмир Аманулла-хан приходился кстати. Нельзя исключать, что именно он и «подбросил» московским большевикам идею организовать «поход на Индию».
Правда, авторство этой идеи все же приписывают Льву Троцкому, поскольку именно в одном его сохранившемся документе, помеченном датой 5 августа 1919 года и адресованном ЦК РКП (б), содержатся следующие строки: «Международная обстановка складывается, по-видимому, так, что путь на Париж и Лондон лежит через города Афганистана, Пенджаба и Бенгалии».
Вот почему можно предполагать, что миссию Н.З. Бравина в Афганистан сорвал все же Троцкий. В Кабуле ему необходим был свой человек типа Якова Сурица, который сразу стал предлагать Аманулле-хану от имени Советской страны «военную помощь против империалистической экспансии». В то время как Н.З. Бравин, видимо, ориентируясь на Иосифа Сталина, предлагал «отыграть» в Афганистане «турецкий марш»: помочь Аманулле-хану, как это делалось с Мустафой Кемалем, укрепить национальную государственность и не ввязываться в военные авантюры. Якову Сурицу не удалось предотвратить подписание в Равалпинди афгано-английского мирного соглашения, которое было снабжено приложением с признанием Великобританией независимости Афганистана. Это было поражение льва Троцкого, но не победа Иосифа Сталина. Поэтому Бравину было приказано не покидать Кабул, хотя его все же перевели в подчинение к Сурицу.
Ни к чему хорошему это не привело. Между Сурицем и Бравиным сложились конфликтные отношения: Суриц требовал отзыва Бравина на родину.
20 сентября 1919 года в своем письме ЦК РКП (б) Лев Троцкий пишет: «Перемирие Афганистана с Англией, по некоторым данным, может повернуться целиком против нас. По сообщениям наших туркестанцев, Англия деятельно работает над объединением Персии, Бухары, Хивы и Афганистана против советского Туркестана. Было бы непостижимым, если бы она этого не делала. На востоке Англия пытается сейчас создать цепи государств, подобно тому, как она сделала на нашей западной окраине. Там указанная работа представляет в свою очередь наименьше затруднений, чем на западе. Нужно немедленно же выбрать возможную линию удара и одно из цепи государств, которые Англия противопоставляет нам, поставить перед непосредственным ударом, предъявив ультиматум о мире, подчинить своей воле и нанести удар».

Бухарский «вальс»
10 октября 1919 года афганская миссия, возглавляемая Вали-ханом, прибыла в Москву. 12 октября она была принята коллегией НКИД, а 14 октября - В.И. Лениным. В.И. Ленин приветствовал в лице посла «представителя дружественного нам афганского народа, который страдает и борется против империалистического ига».
В повестке дня был поставлен вопрос о заключении договора. Вопреки ожиданиям большевиков, переговоры оказались сложными и продолжительными. Объясняется это не столько дальностью расстояния и трудностью сообщения между обеими странами, сколько неожиданным развитием событий в Кабуле.
27 ноября 1919 г. В.И. Ленин написал письмо Аманулле-хану, в котором призвал заключить соглашение о дружбе и торговых отношениях и для «общей борьбы против самого хищного империалистического правительства в мире - Англии». Он призывал также Амануллу-хана продолжать борьбу за осуществление идей панисламизма, расценивая Афганистан как «единственно независимое мусульманское государство в мире». Перед афганским народом, писал В.И. Ленин, стоит «великая историческая задача объединения вокруг себя все угнетенные мусульманские народы и повести их по пути свободы и независимости». (Заметим в скобках: это письмо никогда не было опубликовано в советских изданиях ленинских работ, хотя в примечаниях к полному собранию сочинений есть упоминание о нем. Впервые оно было напечатано в США в 1956 году и не было опровергнуто тогдашней советской партийной историографией).
Вскоре Аманулла-хан назначил министром иностранных дел известного богослова Махмуда Тарзи, который также поддерживал идеи объединения мусульманских народов. Но в Кабуле решили начинать «объединять мусульманские народы» с ближайших соседей: Бухары, Хивы, Ирана и территорий Индии, населенных мусульманами.
Бухара была рядом, через реку Амударья. Там правил Саид Алим-хан. Понятно, что провозгласившая после свержения царизма свою независимость Бухара имела мало шансов оставаться таковой после победы большевиков в Петрограде и Ташкенте. Предстояла борьба. Первоначально Саид Алим-хан рассчитывал найти опору в соседнем Афганистане. На сайте «Фергана.Ру» приводится любопытный отрывок из письма матери афганского эмира Аманнулы–хана, адресованного бухарскому эмиру:
«Видя все несчастия мусульман всего мира, я пришла к следующему заключению: если Афганистан не станет окончательно свободным, то мой дорогой сын так и не сможет рассчитаться за своего брата, эмира Бухары и за других братьев-мусульман... Вот почему он оставляет за собой право не объявлять священную войну против неверных”.
Но есть и другое письмо, также написанное матерью Аманнулы-хана: «Аманулла заключил договор с Россией на условии, что она признает независимость Бухары».
В октябре 1919 года Аманулла-хан отправил в Бухару сначала шестьдесят военных инструкторов, затем туда были доставлены еще четыре орудия с артиллеристами и два боевых слона. В декабре 1919 года группа афганских военных пробралась нелегально в Фергану и встретилась с одним из лидеров басмачей Маадминбеком. Последний потребовал, чтобы Кабул официально заявил о своих целях в Средней Азии. Более того, он поставил в известность об афганской делегации большевистское правительство в Ташкенте.
В феврале 1920 года в Кабуле Бравин неожиданно заявил о своем желании покинуть Афганистан и уехать в Индию. В советском руководстве стали подозревать, что в момент, когда в Лондоне начались предварительные советско-британские консультации относительно подписания торгового договора, а в Бухаре с помощью Аманнулы-хана готовится переворот, Бравин может передать англичанам «компромат» на советскую дипломатию на Востоке.
Решением Бравина был недоволен и Аманнула-хан, у которого вызвал раздражение факт, что в Кабуле состоялась встреча и продолжительная беседа Бравина с приехавшим в Афганистан британским послом Г.Доббсом.
Аманулла-хан потребовал, чтобы Бравин покинул Афганистан. В январе 1921 года он отправился в Индию. Но во время остановки в Газни был убит неким Асламом или одним из сопровождавших его солдат. Сегодня установлено, что в смерти Бравина был обвинен человек, не имевший к этому никакого отношения - преступник, сидевший в газнийской тюрьме и ожидавший смертного приговора.
А чуть позже в сентябре 1920 года большевики устроили в Бухаре «социалистическую революцию». Эмир был политически дискредитирован и свергнут, а эмират ликвидирован. Бухара была провозглашена Бухарской народной советской республикой.
4 марта 1920 года Али-хан прибывает в Ханабад и на протяжении 40 дней ждет пропуск в Британскую Индию. Взамен он получил неожиданное приглашение от Аманнулы-хана прибыть в Кабул «для обсуждения общей стратегии освобождения Бухары». Вскоре последовали ультимативные требования правительства Бухарской народной социалистической республики: обезоружить находящиеся при эмире вооруженные силы и интернировать их, запретить бывшему эмиру находиться близ границы и в столице Афганистана и принять бывшего эмира как обыкновенного гражданина, запретив ему «группировать вокруг себя каких бы то ни было лиц и агитировать».
Аманнула–хан полностью выполнил ультиматум, за исключением пункта о размещении знатного беглеца. Афганский эмир выделил Алим-хану почетную резиденцию в селении Кала-и Фату, в 18 километрах от Кабула, в долине Чардех. Статус домашнего арестанта, определенный Алим-хану, таким образом, вполне устраивал всех: Кабул, Москву, Лондон, советскую Бухару.
Тем нее менее, находясь в кабульской эмиграции, Алим-хан неоднократно предпринимал попытки добиться дипломатического признания и военной помощи от Лондона, вел активную антисоветскую деятельность.
Кроме того, в бывшем эмирате действовали два крупных басмаческих соединения, которыми руководили бывший министр обороны Османской империи Энвер-паша с его приближенными Талат-пашой и Салах-пашой.
В августе 1922 года погиб Энвер-паша, Талат-паша покончил самоубийством. Все надежды, связанные с развитием басмаческого движения в Центральной Азии, рухнули.
Англичанам не было дела до судьбы Бухары и ее правителя. Несмотря на некоторые противоречия, Россия и Англия не допускали в вопросе о бухарском эмире разногласий. Чиновники британского правительства Индии (а именно они определяли политику в Средней Азии) рассуждали, что поскольку Бухара является «от природы государством Российской империи, то эмир является, в конечном счете, восставшим против правительства де-факто». Другими словами, они считали, что большевики, как русские, наследовали от царизма право владения Бухарой.
Да и политика Москвы на «индийском направлении» стала для Англии полностью предсказуемой. Лондону удалось снять «бухарский вопрос». Мольба Алим-хана об оказании помощи вызвала некоторую дискуссию в Дели и Лондоне, но вскоре английские чиновники, отдав должное «наивному и откровенному» Алим-хану, отправили его «дело» пылиться на архивные полки.
Британскую дипломатию тогда не смутил и провозглашенный Москвой так называемый «независимый статус БНСР», ни то, что новый руководитель Бухары большевик Ф.Ходжаев в телеграмме афганскому эмиру Аманулле-хану выражал намерение поддерживать «вековое добрососедское отношение между афганским и бухарским народами», и ни то, что в ответ афганская сторона установила дипломатические отношения и направила посольство в Бухару.
Особо доверительные отношения сложились у Бухарской республики с «братским» правительством Турции во главе с Кемалем Ататюрком. Кстати, учитывая захват странами Антанты Стамбула и оккупацию части турецкой территории, правительство Бухары передало Ататюрку в качестве помощи часть казны Алим-хана. Но это означало и то, что вариант «экспансии революции» на страны Ближнего Востока по-Троцкому «захлебнулся».
3 сентября 1920 года в Кабуле был парафирован предварительный договор о дружбе между Россией и Афганистаном. В своем письме к Г.В. Чичерину афганский министр иностранных дел писал: «Прошу верить, что важнейшей причиной, побудившей мое Правительство заключить дружественный Договор с Правительством Российской Советской Республики, была общая политика ниспровержения империалистического деспотизма во всем мире и особенно политика освобождения всех народов Востока без различия национальностей и вероисповедания от владычества и тирании мировых хищников».
В январе 1921 года английский чрезвычайный уполномоченный Генри Дабc направил афганскому правительству проект англо-афганского договора, согласно которому Афганистан должен был удовлетворить ряд политических требований англичан - прежде всего аннулировать договор с Советской Россией и ограничиться лишь торговыми отношениями с Москвой. Однако советско-афганский договор был все же подписан.
Как гласила преамбула, договор был заключен «в целях упрочения дружественных отношений между Россией и Афганистаном и ограждения действительной независимости Афганистана». Стороны признавали независимость друг друга, согласились установить нормальные дипломатические отношения (и обменяться посольствами и консульствами, которые будут «взаимно и равноправно» пользоваться всеми привилегиями «в согласии с обычаями международного права»).
РСФСР и Афганистан взаимно обязались «не вступать с третьей державой в военное или политическое соглашение, которое доставило бы ущерб одной из договаривающихся сторон». Советское правительство предоставляло Афганистану «денежную и другую материальную помощь», а также «свободный и беспошлинный транзит через свою территорию всякого рода грузов, закупленных Афганистаном, как в самой России... так и непосредственно за границей».
Недаром говорят, что Восток - дело тонкое.

Станислав ТАРАСОВ, Дмитрий ЕРМОЛАЕВ
01.04.2009


 

Вернуться назад Версия для печати
 
 
 
В случае опубликования материалов ссылка на "Baku.Rosvesty.ru" обязательна.
Федеральный еженедельник «Российские Вести»
Все права защищены 2006 ©