НовостиФорумПишите намФотогалереяПоискАрхив

С Новым годом, 2017-м!

С Новым годом, 2017-м! Семнадцатый год в России – говорящая цифра. Её знает каждый житель нашей страны. Поэтому поздравления с наступающим семнадцатым годом звучат несколько двусмысленно. Подробнее »

 
Захватит ли « арабское цунами» страны Закавказья
Новостные ленты ведущих мировых информационных агентств  заполнены сведениями о волнениях в арабском мире, которые охватывают новые страны.  Никто  сейчас не знает, удастся ли лидерам подвергающихся  «революционному давлению» стран  где-то выстроить  устойчивый бастион на пути этих потрясений,  или им придется - вслед за полковником Каддафи -  также столкнуться с  факторами развала стран и гражданской войной. Но речь уже идет  не только об одном арабском мире, но и о всем регионе так называемого « Большого Ближнего Востока» -  от Северной Африки до границ Индии и России, включая бывшие советские республики Средней Азии и Закавказья.  Фактически  в настоящий момент можно говорить о  крахе  созданной после развала СССР функциональной  системы, построенной на альянсе  так называемых умеренных арабских государств и Израиля, ориентированным  по формальным признакам  на противодействие  исламскому экстремизму и терроризму. После свержения режима Муббарка в Египте, Бен Али в Тунисе и в силу развернувшейся в Ливии гражданской войны говорить об этой системе приходится теперь  только  в прошедшем времени. Что дальше, ведь и Россия удачно или неудачно -  являлась  участником  этой системы?  Пожелают ли Вашингтон и Москва в дальнейшем  придерживаться  принципов корпоративности  в своих  действиях  в этом регионе мира,  и как дальше  будет выстраиваться  региональная, в частности, закавказская  система безопасности?

Прежде всего,  отметим, что речь идет все же о регионе, где  сосредоточены огромные запасы энергоресурсов. Во-вторых,  здесь  сосредоточены основные военные базы США, включая 10 крупнейших военных аэродромов и несколько морских баз для ударных сил ВМФ США. Более 200 тысяч американских военнослужащих на постоянной основе находятся непосредственно в Афганистане, Ираке и на Аравийском полуострове. По большому  счету,  сложившийся к  моменту начала арабских потрясений  статус-кво  устраивал США и его союзника Израиль:  они опирались на устойчивые режимы диктаторского типа в Египте, Тунисе, Алжире, Саудовской Аравии и государств Персидского залива.  Фактом является и  западное военное присутствие в Средней Азии. В Закавказье главной опорой Запада  считается  Грузия. Продолжает  колебаться Азербайджан, где смена векторов во внешней политике  пока во многом зависит от  возможностей карабахского урегулирования. В наиболее уязвимой – по отношению к мусульманскому окружению - геополитической позиции  находится Армения- член ОДКБ. По внешнему периметру  Закавказья  находится  Иран, который  загнан в режим санкций  СБ ОНН  под предлогом осуществления этой страной ядерной программы. Что касается Турции, то она  продолжает сохранять  верность принципам НАТО, хотя в последние годы  стала проводить относительно самостоятельную политику в отношении  соседних стран.

Отметим еще одну принципиальную особенность ситуации.  После вторжения США и НАТО в Афганистан (2001 год) и в Ирак (2003 год) говорить об этих странах -  как единых гособразованиях-  можно  говорить только условно:  Кабул  не контролирует большую часть страны,  Ирак, несмотря на наличие центрального правительства, разделен на три части - шиитскую, суннитскую и курдскую. Тем не менее, США и их союзники  до арабских потрясений  сохраняли  возможность  осуществить операцию  любого свойства  и в любом направлении  уже с захваченных в регионе плацдармов.  Кстати,  можно считать такой «пробой сил» на  кавказском направлении грузинскую войну августа 2008 года.  Однако  неудачи Запада в Афганистане и в Ираке  в деле  «демократического строительства» лишили его  идейной завесы для  экспорта своих «ценностей». Стало очевидно, что в контексте Ближнего Востока  так называемая «демократизация» потенциально ведет к конфликтам между конфессиями, а также между религиозной и секулярной частью населения. И  если, к примеру,  в Египте население более или менее однородно, объединено общим культурно-историческим наследием, имеет традицию толерантного отношения к меньшинствам, то в Иране, Бахрейне, Саудовской Аравии  и Ливии ситуация выглядит совсем иначе. Поэтому эксперты  ломают голову над  поисками ответа на один важный вопрос: «Имеем ли мы дело  с каким-то « новым курсом» президента  США Барака Обамы», или  все Вашингтон столкнулся в Северной Африке и на Ближнем Востоке  с полным развалом  доставшегося ему в наследство от президента Джорджа Буша- младшего геополитического наследства»?  В этой связи газета The Washington Post утверждает, что  администрация Барака Хусейна Обамы готовится к  возможному сотрудничеству с  новыми исламскими  правительствами, которые внесут в политику «больше религиозных аспектов». В то же время  в разведывательных и дипломатических кругах США  считают, что, выражая готовность поддержать исламистские движения, Барак  Обама  неизбежно столкнется с моментом, когда на смену светской власти  придут законы шариата.  И что эти страны, в конечном счете, станут халифатами. Полемизировать с такими тезисами пока сложно. Сейчас мы может только  бросить  взгляд на  реальный расклад сил в регионе.

Прежде всего,  бросается в глаза  факт возрастающего геополитического влияния в регионе Турции и Ирана. Эти две страны, несмотря на разный  международный статус (Иран находится под режимом санкций ООН)  осуществляют  внешнеполитическую программу, направленную на укрепление своих региональных позиций. При этом они развивают тесное сотрудничество с Россией в целом, а в частности, на кавказском направлении  действуют  с оглядкой на Москву.  И в то же время Анкара и Тегеран  заметно расширяют  между собой  торгово-экономическое и политическое сотрудничество. Турция после подписания в мае прошлого года вместе с Бразилией с Ираном ядерного соглашения, отказалась присоединиться к  антииранским  международным санкциям.  Именно развитие энергетического сотрудничества  с Россией, Азербайджаном и Ираном  позволяет Турции превращаться  в  мощный  энергетический транзитный узел  на пути  поставок  энергоресурсов  в Европу.  Поэтому если волна «арабского цунами» достигнут и Саудовской Аравии ( там уже появились первые такие признаки) , то  они укрепят позиции Турции.  Поэтому  естественной выглядит ответная  реакция Запада, стремящегося  выбить из  объективно складывающегося    союза  Москва-Анкара-Тегеран одно из этих звеньев. Для  осуществления этой  цели предпринимаются – пока, правда,  безуспешные - усилия для  разыгрывания сценария  «иранской революции» с опорой на местную оппозицию.  С другой стороны, Баку пытаются соблазнить  проектом « Большой Азербайджан», предусматривающего развал Ирана.  Кстати, об этом на днях сообщал  иранский сайт  «машреньюз.ир». В то же время и турецкая разведка предупредила свое правительство о том, что « не исключена дестабилизация обстановки в центральных и восточных районах страны».  Анкара серьезно опасается того, что  любой вооруженный конфликт  в зоне геополитического соприкосновения  России, Турции и Ирана  может стать « спусковым крючком» для  начала процессов « веерной дестабилизации». Неслучайно накануне сочинского саммита Медведев-Алиев- Саргсян  Баку посетил  глава Национальной разведывательной организации Турции (MİT) Хакан Фидан, который , как сообщали некоторые турецкие СМИ, призвал Баку не предпринимать « резких шагов» на карабахском направлении.  Как писала  турецкая газета  «Takvim», «новая война в Карабахе может оказаться  разрушительнее, чем война 1992–1994 годов,  что  поставит под угрозу сотрудничество Турция – Россия». Турция нуждается в России и в  Азербайджане, чтобы обеспечивать в Европе безопасные энергоносители, а Азербайджану нужна Турция, чтобы доставлять энергоносители в Европу и  выстраивать политику « равноудаленного баланса»  в отношении  России. Ереван также  остро нуждается в России,  осуществляя  одновременно    активное сотрудничество с Ираном. Кстати, «Takvim»  усматривает в  сложившемся  «уравнении»  уязвимость все же Азербайджана, предупреждает, что  складывающийся  в Закавказье геополитический дизайн  приобретает  неустойчивый характер и может в любой момент измениться.  Что же касается Грузии, то  грузинский патриарх Илия II призвал руководителей России и Грузии начать диалог. Делегация грузинской церкви уже  находится  в Россию для переговоров с РПЦ. Москва заявляет, что слова Михаила Саакашвили о его готовности к диалогу с Россией трудно воспринимать всерьез на фоне антироссийской риторики. Но это- сегодня, завтра все может сложиться иначе.

Таким образом, мы видим, что потрясения в Северной Африке и на Ближнем Востоке  начинают менять  геополитический ландшафт  и в Закавказье. Чем конкретно чреваты эти перемены? Во-первых,  сохраняющейся опасностью потенциальной дестабилизации  в Иране и в Турции. Во-вторых, активизацией политики этих стран в направлении  выстраивании « волнореза» против « арабского цунами». В-третьих,  выявление общих интересов в региональной системе безопасности, прежде всего,  Москва и  Анкары с учетом  возможного  переноса  «арабского вируса» на Кавказ. Наконец, необходимо быть готовыми  и к  смене курса в политике Израиля, так как поддерживаемые США  арабские потрясения возвращают эту страну  к ситуации враждебного окружения сорокалетней давности. Поэтому наступает время,  особенно для  стран Закавказья, быть  чрезвычайно осторожными в проведении внешней политики,  чтобы  не оказаться втянутыми в воронку  потрясений.

Станислав Тарасов

09.03.2011




 

Вернуться назад Версия для печати
 
 
 
В случае опубликования материалов ссылка на "Baku.Rosvesty.ru" обязательна.
Федеральный еженедельник «Российские Вести»
Все права защищены 2006 ©